В глубинах неба [litres] - Станислав Цыбульский

Это оказалась довольно известный в своей среде режиссер, что-то из ее работ было знакомо даже мне – какие-то расследования, довольно, впрочем, поверхностные. Она прилетела к Юпитеру дикарем, без предварительных договоренностей и теперь скачет между станциями, везде получая отказ за отказом. Сейчас возвращается с Ганимеда, где ее также развернули, сыплет в блог обвинениями, и лететь ей назад еще сутки. Немного покопавшись в деле, я закрыл документ и, подумав, удалил, но поставил себе напоминание встретиться с ней, как только появится возможность.

Вызов от Хаммера застал меня на подходе к гостинице. Я ответил и поморщился от звенящего голоса безопасника:

– Господин инспектор, мы вроде бы договорились?

– Да, но вы же знакомы с регламентом. Мне придется внести в дело все детали, к тому же нужно прояснить по второму, который, кстати, не только прибыл на станцию одновременно с террористом, но и работает вместе с ним! Мне все это с потолка брать? Или, быть может, вы знаете мою работу лучше меня?

– Хорошо, вы правы, – Хаммер снизил тон, – но я обязан все проверить.

– Проверяйте, – ответил я спокойнее. – И не забудьте о том, что обещали.

Отключившись, я обнаружил себя у дверей гостиницы. Нужно перекусить. Нужно успокоиться, слишком я стал нервным. Нужно… Много чего нужно. Связался с Войцехом, узнал, где тот находится, и позвал составить компанию. Когда морф вошел в ресторан, я уже заканчивал с обедом, так что, устроившись на своем стуле, тот заказал кофе и спросил, сложив руки поверх скатерти:

– Ну, судя по всему, ты не особо торопишься, так что за срочность?

– Нужно узнать об одной вещи. Некие контейнеры – круглые, плоские, разные… которыми торгуют в трущобах.

Я смотрел Войцеху прямо в глаза, тот не выдержал прямого взгляда, дернул щекой досадливо.

– Оно тебе не надо, и к расследованию никаким боком. – Крупные костлявые руки на столе собрались в кулаки, расслабились с заметным усилием. – Дело внутреннее вроде как, я думал, ты еще в прошлый раз все понял.

Я мотнул головой, объяснил:

– Я снова там был, заглянул в один. И нашел живое сердце в контейнере с питательной жидкостью. Даже на Земле такие стоят дорого, так что представь мои мысли.

Привезли заказанный кофе, Войцех воспользовался моментом, выдерживая паузу. Когда молчание слишком уж затянулось, он поставил чашку и начал:

– Жизнь тут тяжелая, не находишь?

– Везде тяжело, – сказал я холодно, хотя не мог не согласиться.

– Я тебе уже рассказывал про условия, страховку, нехватку денег. Ну, некоторые решают вопрос вот так.

Он развел руками. Я подождал продолжения, не дождался и уточнил:

– Убийствами и продажей органов?

– Самоубийствами. Но редко. Да, в основном продают парные органы, из тех, что не сильно повреждены.

– И берут?

– Конечно, – он кивнул, – еще как. Кто на грязном производстве – почти все. В основном из тех, кто троянцев разбирает: там реголит, его фильтры плохо задерживают, на баржах по всем жилым отсекам… А страховка не покрывает, даже если добьешься: фильтры по спецификациям годятся для работы, так что пишут всем несоблюдение техники безопасности – и гуляй.

Троянцы – часть астероидного пояса, захваченная Юпитером, оттуда в основном идут металлы на постройку станций в системе, а что-то совсем редкое тащат к Земле. Я мало слышал о них и большую часть информации получил из подсказки только сейчас. В широком информационном поле они не всплывали, лишь заметка в информационном листке, отметки во внутрисистемном расписании полетов да у кадровиков. А при попытке закопаться глубже я наткнулся на ограничение такого высокого ранга, что едва не присвистнул.

– Я не в курсе был…

– Да кто бы сомневался. – Он махнул рукой, улыбнулся примиряюще: – Не заморачивайся, доделаешь дело – улетай и забудь… Слушай! – Он вдруг оживился. – Я же тут одного знакомого встретил! Работали вместе, он управленцем был на моей первой станции.

– Ого! – Мне даже не пришлось изображать удивление. – И откуда он тут?

– Да какая разница? – Морф отмахнулся. – По работе, наверное. Отличный мужик, за работников головы отгрызает! Познакомить? Не пожалеешь!

Глаза Войцеха сухо блестели, он едва удерживался на грани, а я снова подумал, что не сумел распознать, что морф под стимуляторами. Осторожно кивнул:

– Ну, если только не совсем срочно и без долгих перелетов.

– Да куда долго-то? Станция на Ю, как раз сейчас по нашу сторону!

Мне осталось только согласиться, и мой собеседник тут же вскочил и, рассыпаясь в обещаниях, широким шагом покинул зал.

Значит, управляющий с рабочей станции? Интересное должно получиться знакомство.

Я еще сидел за столом и размышлял о совпадениях, когда Войцех сообщил о месте и времени встречи. Идти оказалось совсем недалеко, чем отчасти и объяснялась скорость, с которой морф решил вопрос со знакомством. Он скинул маркер. Отметка указывала на гостиницу рангом даже ниже, чем моя, для совсем неприхотливых командировочных. Сквозь толпу я не сразу рассмотрел своего сопровождающего, машущего рукой от входа.

Гостиницы здесь строились по единому плану, так что сразу за ресепшен нам открылся зал ресторана, скорее забегаловки, пыльной, бедноватой, но на удивление многолюдной. Войцех указал куда-то в конец зала, двинулся первым, задевая сидящих. Со всех сторон доносились обрывки разговоров, звон посуды и смех. Я шагал следом, стараясь не отставать. Оказавшись у стола, морф представил меня сидящему там мужчине.

– Вот он, гость из центра, который ищет, кто наших ребят сжег. – Войцех на миг потемнел лицом, кашлянул и продолжил: – Да, ребят… А это…

– Курт Шмитц, управляющий фракционным разделителем номер 26. – Мужчина поднялся со своего стула, протянул мне руку. Она оказалась мягкой и рыхлой, как и весь он: невысокий и круглый, с редкими светлыми волосами. Темные глаза смотрели как-то по-доброму и с нескрываемым любопытством. Голос его изменился, в нем появились жалостливые нотки, когда он продолжил: – Мальчиков на мусоросжигателе очень жалко, я надеюсь, вы найдете виновного!

Мы расселись вокруг стола, Шмитц одернул и без того безукоризненный комбинезон, туго натянутый на объемном животе, сказал все с тем же сожалением:

– У нас тут и так жизнь тяжелая, многие гибнут, кого-то убивают, а когда вот так, сразу два десятка, это совсем неприятно…

– Мы не для того пришли, Курт. – Было отчетливо слышно, как Войцех скрипнул зубами. – Легкий треп старых знакомых и все такое.

– Ой, да, что же это я? – Управляющий всплеснул руками. Он с готовностью закивал мелко-мелко, отчего сам весь заходил, затрясся на стуле. Удивительно, но при этом мужчина не выглядел отталкивающе, наверное, потому,